Когда небеса были чисты, как снег

Вот попались нам на глаза три пословицы. Что у них общего?

Сердечное слово три зимы греет.

Кошка сметану не устережет.

Через одно окно всю улицу не увидишь.

Общее у них то, что все они действительно мудрые, а значит, полезны для жизни. Есть и еще одна общность – все эти пословицы сочинены удмуртским народом. Различными его представителями. Знакомясь с таким народом, как удмурты, мы сразу же обращаем внимание не только на пословицы и поговорки, но и на сказки.

Удмуртские сказки мудры и загадочны. Собственно говоря, как раз в загадочности и состоит их мудрость. Разве можно докопаться до священной сути таинственных, непостижимых механизмов, которые движут всем этим миром? Нет, конечно, это невозможно. Тем более, когда в основе мироздания лежат такие грандиозные события.

Люди были овцами

«В прежние, далекие, седые времена светлое небо было низко над землей. Люди приносили жертвы милостивой Богине Счастья и Богине Небесной Кары и клали свои жертвы прямо за облака. Жизнь была счастливою, легкою. Светлые богини и боги спускались на землю, беседовали с людьми и охраняли их от зла. Люди были овцами.

Небеса были чисты, как снег, и белы, как кора молодой стройной березы. И было на земле счастье.

Но вот времена переменились. Люди из овец превратились в зверей. Стали злословить. Стали ругать небеса. Но боги были милостивы к людям. И вот нашлась низкая женщина. Она злословила про богов. Вместо священной жертвы положила за облака грязные пеленки своего ребенка. Ничего не сказали светлые боги. Белое небо посинело. Облака были молчаливы. Но небеса стали подниматься и ушли высоко, чтобы люди не могли их загрязнить. И ушло от людей счастье. Ушло из-за того, что люди сами прогнали это счастье своей пошлостью и низостью.

А придет небо на землю тогда, когда люди снова станут овцами.

Впрочем, люди, населяющие землю, когда-то очень отличались от ныне живущих хомо сапиенсов.

По представлениям удмуртов, в давние времена жили на земле большие люди, великаны-зэрпалы. Жили они очень весело, очень легко. Лес доходил им только до коленей. По лесу они, словно по крапиве, ходили.

Пошел однажды сын великана погулять, поохотиться. Нашел на дереве какое-то маленькое существо, положил в карман, принес своим родителям.

– Посмотрите-ка, какую птичку, долбящую сосну, я нашел, – сказал он.

– Ох-ох-ох, глупый мой, глупый, – сказал ему отец. – Зачем ты его принес? Это не птица, а маленький человек. Он для своих пчел улей на сосне долбил. Мы все вымрем, а вместо нас такие маленькие люди появятся. Уйдем отсюда поскорее. Кончилась наша жизнь, – сказал великан и заплакал.

Где упали его слезы, там образовались озера-реки.

– Уйдем отсюда на север, – сказали великаны и ушли. По дороге к их ногам прилипла земля. Где отряхнули они эту землю, там образовались высокие горы.

Достигнув севера, великаны застыли, превратились в очень большие камни. До сих пор там эти камни есть. Маленькие люди живут, словно черви в навозе копошатся, умирают, а камни-великаны до конца света будут жить – за жизнью маленьких людей наблюдать». Навсегда ушли те волшебные великаны-зэрпалы, но осталось множество не менее загадочных существ. К примеру, Луд-Мурт – полевик, охранитель животных. Или Палэс-Мурт – полчеловека, лесное страшилище с одной рукой, с одной ногой и одним глазом. Или же Тэди-Мурт – шутник, беленький старичок, живущий в бане и разыгрывающий любителей попариться.

Да что там говорить – простой, казалось бы, медведь, и тот совсем не прост.

Удмурты считают, что медведь произошел от человека, поэтому он слова человеческие понимает, но только говорить не может. При внезапной встрече с медведем следует только сказать ему:

– У тебя, большой человек, своя дорога, а у меня своя. Иди ты своим путем, а меня не тронь.

Медведь уйдет, не тронет.

Подражая походке и повадкам животных

А еще известно, что удмурты были очень искусными охотниками. Это отмечается уже в материалах ученых-путешественников второй половины XVIII века: «В охоте удмурт «настойчив, терпелив и ловок. В простой походке его уже много хитрости и лукавства, он ходит как-то крадучись, избочась и едва поднимая от земли ноги.

Носки его лаптей прежде устраняют встретившуюся на пути преграду, а потом следует опускание ноги». Подражая походке и повадкам животных, охотник как бы маскировался, становился одним из них. Одной из форм маскировки стали, например, и сигнальные пастушьи инструменты, имитирующие голоса птиц и зверей. Как знать, может быть, удмурты использовали эти сигнальные инструменты для того, чтобы контактировать с миром птиц, зверей, животных и даже духов. Все просто: хочешь быть понятым, скажем, рябчиком, говори (пой!) на его языке!

К особому виду охотничьих сигнальных инструментов относится чипчирган – натуральная продольная труба. Название происходит от звукоподражательного слова «чипсыны» – «свистеть», «разливаться трелью». Звук на этом инструменте извлекается не вдуванием, а втягиванием воздуха. У других финно-угорских народов (например, у коми) такой инструмент тоже есть, правда, он называется иначе.

В данном случае нас интересует, на каком этапе развития этот сигнальный инструмент, имитирующий, скажем, голос лебедя, вдруг (или не вдруг) стал музыкальным. И теперь на чипчиргане исполняют мелодии обрядовых напевов – рекрутского, плясового. Образ чипчиргана в удмуртских лирических песнях приобретает художественную, эстетическую ценность.

Есть у удмуртов и такой древний струнный инструмент, как крезь (вроде гуслей).

Вот история о небесном происхождении этого инструмента:

«Жила когда-то в лесу старая мудрая Ель. Звали ее Мудор-Куз – Мать леса. Говорят, с нее начался Лес, а может быть, и сама Земля. Ель подпирало Небо, чтобы оно не упало на Землю. Солнце отдыхало на ее ветвях. Из-под ее корней нарождался робкий родник, чтобы потом превратиться в могучую Белую Каму. Издалека приходили люди, чтобы поклониться Матери Леса.

Но однажды мачеха Солнца, Злая Молния, страшным огнем опалила мудрую Ель. Ель умерла. Но пришел человек и оживил ее. Он сделал из нее Гусли и вложил в них свою человеческую душу. Так у людей появились Великие Гусли. Когда они звучали, Солнце приближалось к Земле, чтобы их послушать. Когда они пели «Мелодию Небесной Росы», небо плакало дождем».

На удмуртском языке слово «крезь» означает и музыкальный инструмент, и жанр фольклора: песни-импровизации на припевные слова. Песни и музыка всегда занимали исключительное место в жизни удмуртов. Людей, не умеющих петь, в народе называли «паллян кырзась» (поющий влево) – «никудышный человек». Мол, что с него возьмешь, если он и петь-то не умеет.

Музыка звучала на всех празднествах, свадьбах, хороводах. Под аккомпанемент больших гуслей проводились общественные моления. Кстати, удмурты в основном православные. Гусли были одним из самых почитаемых и любимых музыкальных инструментов удмуртов: большой крезь хранился в родовом хранилище – куале. Бытовой крезь хранился в избе, чтобы быть всегда под рукой.

Упомянутые гусли были одним из предметов поклонения. Под них исполнялись народные песни, частенько им же они и посвящались: Пусть мы молчаливы, язык говорит,
А на гуслях струна звенит.
А на гуслях струна звенит,
В нашем сердце огонь горит.

Через луга, поля мы ехали,
Как гром небесный, мы приехали,
У вас на лугу мы опустились,
Как стая диких гусей.

К вам в дом мы вошли,
И нас стало много, как зерен.
А когда вы нас попросили встать и спеть,
Мы все встали, как ожерелье жемчуга,
И запели.

Удмурты – древний народ. В русских источниках они упоминаются с XIV века под названием арян и вотяков. Под собственным названием «удмурты» они впервые упомянуты в 1770 годах в работе русского ученого Николая Петровича Рычкова. В состав Российского государства северные удмурты вошли в конце XV века, а южные – в середине XVI столетия, после присоединения Казанского ханства. В 1920 году была создана Вотская автономная область. В 1932-м она переименовывается в Удмуртскую АО, которая в 1934 году была преобразована в автономную республику. С 1991 года она становится Удмуртской Республикой. По переписи 2002 года в России проживало 637 тысяч удмуртов. В самой Удмуртии проживает 497 тыс. чел. Кроме того, удмурты живут в Казахстане, Белоруссии, Узбекистане, Украине. Говорят удмурты на русском и удмуртском языках финно-угорской группы уральской семьи. Верующие исповедуют православие и традиционные культы. Внутри своей языковой группы удмуртский язык вместе с коми-пермяцким и коми-зырянским составляет пермскую подгруппу.

Праздник выноса плуга

В духовной жизни удмуртов большую роль играли календарно-обрядовые праздники с жертвоприношениями, молитвенными заклинаниями и другими магическими действиями. Так, в дни зимнего солнцестояния отмечался праздник Толсур с ряжением, гаданиями, проводом злых духов. Многие обрядовые действия были связаны с хозяйственными занятиями: Геры поттон – праздник выноса плуга, Выль жук – обрядовое поедание каши из зерна нового урожая.

С XIX века проведение многих праздников стало приурочиваться к датам христианского календаря – Рождеству, Пасхе, Троице. Широкое развитие в среде удмуртов получило песенное и танцевальное искусство, пение и танцы сопровождались игрой на традиционных музыкальных инструментах – гуслях, свирелях, волынках и др.

Какие удмурты по характеру? Разные. Но если брать народ в целом, то о характере его лучше всего свидетельствуют сказки. И не волшебные, а так называемые бытовые. Одну такую сказку мы прочитаем.

Жили-были мышь да воробей. Дружно, согласно жили-поживали, ни ссор, ни обид не знали. Перед всяким делом совет друг с другом держали, любую работу вместе выполняли.

Однажды мышь с воробьем нашли на дороге три ржаных зернышка. Думали-подумали, что с ними сделать, и надумали поле засеять. Мышка землю пахала, воробышек – боронил.

Славная рожь уродилась! Мышь острыми зубами споро сжала ее, а воробей крылышками ловко обмолотил. Зернышко к зернышку собрали они весь урожай и стали делить его пополам: одно зерно мышке, одно – воробью, одно – мышке, одно – воробью... Делили, делили, и последнее зернышко лишнее осталось.

Мышь говорит: – Это зерно мое: когда я пахала, нос и лапки до крови натрудила.

Воробей не согласился: – Нет, это зерно мое. Когда я боронил, крылышки до крови избил.

Долго ли, коротко ли они спорили – кто слыхал, тот и знал, а нам неизвестно. Только воробей вдруг склюнул лишнее зернышко и улетел прочь.

«Пусть-ка попробует меня догнать и мое зернышко отнять», – думал он.

Мышка не погналась за воробьем. Огорчилась, что первая затеяла спор. Свою долю в норку перетаскала. Ждала, ждала воробья, чтобы помириться, не дождалась. И его часть в свою кладовку ссыпала. Всю зиму прожила сытнехонька. А жадный воробей остался ни с чем, до весны голодный пропрыгал.

Вот такая сказочка. Смысл ее понятен. А еще нам кажется, что удмурты не только работящие люди, но и умеют беречь время. Почему? Потому, что у них есть замечательная пословица: «День долог, век короток».

Вывод из этой пословицы напрашивается сам собой. Все, что можно сделать сегодня, делайте сегодня. И тогда ваша жизнь будет длинной и счастливой.

А вот еще одна удмуртская пословица. Она интересна тем, что отличается от аналогичной русской пословицы. Как бы это поточнее сказать – иным, более конкретным пространственным мышлением. Итак, слушайте: «Яблоко от яблони не падает к корню ели».

Нам эта пословица нравится, и мы ее с удовольствием запомним. И вам советуем.